holesika (Татьяна) (holesika) wrote,
holesika (Татьяна)
holesika

Categories:

Сказка о скорой или 03. Если завтра война...

Давно это было... очень давно. Жил-был на свете один хирург.

 

Если завтра война…

 

- Смотрю, а этот паразит ещё дышит, - громыхал на всю кухню Львович. – Сам!

- Ты что, Лёва? – переспросил Юрка. – Не может быть!

- Почему это не может? – обиделся реаниматолог. – Чего только в жизни не бывает.

- Семь огнестрельных в голову и мозг не задет? – уточнил Юрка.

- Не семь, а одна, - не согласился с ним реаниматолог. – Одна в грудь и одна в голову, типа, контрольный выстрел.

- И дышит? – переспросил доктор Саша.

- Сам, - снова кивнул Львович. – Даже подключать не пришлось.

- Не может быть! – возмутился Викторыч. – Брешешь ты, Лёвка, как сивый мерин!

- Да век бабы не видать! – побожился Львович, обидевшись на психиатра. – Я на такие темы никогда не шучу.

- А может там не ранение, а царапина? – не унимался Юрка. – Отрикошетила пуля от черепа и ушла гулять?

- А дыра – это, типа, вентиляция? – удивился Львович. – Мозг вспотел, вот он форточку и открыл?

- Точно, - подтвердил Юрка. – Просто у него голова не той конструкции.

- Закон сохранения материи, - философски сообщил Викторыч.

- Чего? – все уставились на него.

- Чего-чего, - пробурчал психиатр. – Закон, говорю, такой. Если в одном месте прибывает, в другом обязательно убывает. Вот как у Юрки, когда он бабу видит с пятым размером бюста, мозг работать перестает, зато …

- Ой-ой-ой, кто бы говорил, - возмутился Юрка. – Можно подумать, что у тебя другая конструкция.

- Да что ты, Юрка, точно такая же, - усмехнулся психиатр.

- Тогда к чему это ты сказал? – поинтересовался Юрка.

- К тому, что у этих качков мышцы буграми торчат, а мозг усыхает. Катается как горошина в стакане, вот потому и пуля не задела, - пояснил Викторыч.

- Философ, - усмехнулся доктор Саша.

- Теория интересная, - задумался Львович. – Оригинальная, я бы сказал.

- Дарю, - усмехнулся Викторыч. – Пользуйся.

 

- Спецы! Срочно поехали! – взвизгнул матюгальник. – Спецы! Срочно! – не унималась Оксана.

- Уже едем, - поднялся из-за стола Львович. – Вот же неймется неугомонной, - проворчал он.

По лестнице дробно прозвучали шаги, это помощники Львовича торопились на вызов.

- Потом расскажешь! – потребовал Юрка, провожая реаниматолога взглядом. – Лёвке опять что-то вкусное досталось, - вздохнул Юрка. – Нет, ну вот почему, а? Я тоже хочу!

- Юрка, не нужно, - взмолилась Иришка. – Все эти ваши вкусности дурно пахнут, - жаловалась она.

- И чем это тебе вкусности не нравятся? – поинтересовалась Анютка.

- Не нужно, - упрямо повторила Иришка. – Помню я ваши мухоморы…

- Какие мухоморы? – удивленно спросил доктор Саша. – Зачем ты ела мухоморы? Это вредно.

- Дурак! Нас летом на мухоморы послали, - пояснила Иришка. – На отравление мухоморами, - уточнила она. – Вместе с родственничком.

- И что? – удивилась Анютка. – Мухоморы это мелочь.

- Это тебе мелочь! – возмутилась Иришка. – А я два дня глюки с них ловила! Конкретные! И мутило меня так, что из туалета не вылезала…

- Да ты что? – заинтересовался доктор Саша. – А ты уверена, что это с мухоморчиков?

- Дурак, - снова буркнула Иришка.

Кухня взорвалась хохотом.

- Это были не мухоморы, - хихикнула Анютка.

- Ну да, ну да… «Это не хвост», - сказал Серый Волк и густо покраснел, - выдал вдруг Викторыч, и хохот на кухне только усилился.

- Силё-он, могё-ошь, - покосился на Юрку доктор Саша и усмехнулся.

- Если бы, - вздохнул и махнул рукой Юрка. – Я об этом только мечтаю.

- Да ну вас всех, - обиделась Иришка. – Дураки! Это не то, о чем вы подумали! Иск-лю-че-но! Всё мухоморы проклятые…

- А что было? – участливо поинтересовалась Анютка.

- Танька-то умная, быстро в речке помылась, а я в душ забралась только в травме…

- Это понятно. А как глючила? – не отставала Анютка.

- Ну, первую ночь блевала, не отходя от кассы. А вот на следующий день мне показалось, что у Юрки выросла третья нога… Нога! – рыкнула Иришка, услышав смешки. – А не гы-гы! Я их как-нибудь различу! – обиделась она.

- Плохо различаешь, - хохотнул Пятый.

- Полегче, щен, - нахмурился Юрка. – А то, услуги стоматолога не понадобятся.

- Юрка, ты что, мутируешь помаленьку? – поинтересовался Викторыч у Юрки. – А ты завянь, - посоветовал он своему санитару. – С доктором разговариваешь, а не с мальчишкой.

- Это мое подсознательное неосознанное по ночам вылезает, - рассмеялся Юрка. – Вот так вот.

- Затейливое такое у тебя это неосознанное, хоть и подсознательное, - захохотал Викторыч. – Сдадим тебя на опыты…

- Снимай штаны, мужчина. Знакомиться будем, - предложила Ванда.

И смех на кухне почти моментально притих, все уставились на Ванду. А Ирка вспыхнула, прищурилась. Умей она воспламенять взглядом, Ванда уже обугливалась бы.

- А стоит? – в наступившей тишине раздался насмешливый голос Юрки. – Пробовали уже, не вдохновляет.

- Ты! – возмутилась Ванда. – Ну, ты и скотина!

- Угу, - согласился Юрка. – Я такой. - Санька, - обратился он к доктору Саше. – Я вот тут подумал. Ведь аборт – это убийство?

- Открыл Америку, - фыркнул доктор Саша. – Будто сам не знаешь, гинеколух?

- Знаю, - невесело согласился с другом Юрка и снова покосился на обиженную Ванду. – Только я не об этом. Вспоминал я тут дела прошлые…

Ирка ревниво следила за своим врачом, она вскинулась, заметив взгляд, брошенный на соперницу, снова вспыхнула, даже ущипнула Юрку, привлекая внимание к себе.

- Дракоша, девочка моя, - зашептал ей на ухо Юрка. – Не гневайся, - тихо просил он, прижимая Иришку к себе. – И не ревнуй, не нужно.

- Дела прошлые, сидели две селедки на кактусе, - подхватил брошенную фразу молчавший до этого Вовка-Чума. – Одна другую и спрашивает: сегодня какой вторник? Понедельник или пятница?

Да, это была одна из любимых приговорок Викторыча, точнее, один из тестов для пациентов. Очень показательный нужно сказать, тест. Неадекват не всегда можно выявить сразу в простом разговоре.

- Завязывай грузить, - попросил Юрка и насмешливо посмотрел на Ванду. – Так вот, Сань, мысль тут меня посетила. Если аборт это убийство, то минет что, каннибализм, выходит?

- Ну, ты даешь! – доктор Саша сначала опешил от слов друга, даже с Анюткой переглянулся, а потом рассмеялся. – Буйная у тебя фантазия!

- Каннибализм, - заверил со смехом Викторыч.

- Ой! Не могу! – рухнул лицом на стол Пятый и задергался от смеха. – Это же надо такое придумать!

Юрка продолжал насмешливо рассматривать Ванду.

- Сволочь ты! – не выдержав, покраснела Ванда. – Какая же ты сволочь! – вскочила она.

- Сволочь, - согласился Юрка, вслед убегающей Ванде.

Кухня взорвалась новым приступом мужского гогота, а Чума даже свистнул вслед убегающей Ванде.

 

*    *    *

- Третья, запиши адресок, - сообщила Оксана, стоило только доктору сообщить, что мы освободились.

- Больше некому? – поинтересовался Док. – Оксана, у нас это третий подряд, - напомнил он.

- Не ворчи, авария, - пояснила Оксана. – На Соньке Перовской сбило пешехода.

- Поехали, Сань, - скомандовал доктор водителю и вытащил из кармана ручку. – Диктуй, - сообщил он Оксане, приготовившись писать.

Машина с завываниями неслась по дороге, распугивая водителей.

- Устала? – повернулся ко мне доктор, развернувшись в салон. – После этого вызова попрошусь домой. Пусть Юрка на линию выходит, застоялся парень.

- Нет, - покачала я головой. – Ты же знаешь, я люблю с тобой работать.

- Тебе отдохнуть нужно, - сказал доктор и убрал с моего лица упрямую прядь. – Носом уже клюешь.

Придется отрезать эту самую прядь, надоела она, постоянно падает на глаза и мешается.

- Тебе самому нужно отдохнуть, - улыбнулась я. – Тяжелый день сегодня.

- Чем это ты ночью занималась, Рыжик? – тут же влез с вопросом Санька. – Какая-то ты сегодня тихая…

- Тебе расскажи, и тебе захочется, - рассмеялась я. – Какой хитренький.

- А то! - оживился Санька. – Конечно, захочется!

- Мне вот тоже интересно, - подтвердил врач.  – Чем это ты таким занималась?

- Не скажу!

Я прижала палец к его губам, прося прекратить разговор. Доктор перехватил мою руку, тронул губами ладонь и прижался к ней щекой. Потерся.

- Малыш? – вопросительно посмотрел он на меня, и мне даже показалось, что он чем-то испуган.

- Да ну вас, - буркнул Санька и покосился на нас. – Ох, чудите вы…

И ведь не важно, что именно я сообщила на ухо своему доктору. Правда?  Важно, что он улыбнулся, а я взлохматила его гриву.

- Не бережёте вы себя, - хохотнул в кабине Санька. – Горите, можно сказать, на работе …

В глазах врача вспыхнули веселые искорки-чертенята, и снова я тонула в его золотистой улыбке. А Док всё терся щекой о мою ладонь и довольно щурился, как сытый котяра на солнышке.

- Эй! Вы меня-то пожалейте, - взмолился Санька. – Работать же ещё, а на вас смотреть невозможно!

- Так ты работай, - посоветовал Док. – А не глазей по сторонам.

- Вот заразы! – возмущался Санька и качал головой. – Эй, вы! Подъезжаем! Хватит в гляделки играть!

 

- Шина нужна, - коротко сказал Док, взглянув на лежащего мужчину.

Да, нога в неестественном положении, явный перелом. Я смотрела, как доктор ощупывает поврежденную конечность.

- Приехали, наконец, - послышался визгливый женский голос в толпе зевак, мгновенно окруживших место происшествия. - Их только за смертью посылать…

- У него ещё и голова разбита, - подсказала я.

- Ты смотри, стоят и ничего не делают! – возмущался женский голос, похожий на звук бензопилы. – Парень-то умирает, а им хоть бы что!

- Вижу, - кивнул доктор. – Я сам, а ты займись переломом.

- Отойдите, не мешайте врачам работать! – потребовал молодой милиционер, косясь на нас. – И не толпитесь. Кто видел, как все произошло?

Ну что сказать? Ты – начальник, я – дурак. Если есть желание у врача возиться с кровью, то я не буду ему мешать.

- Сань, носилки нужны, - сообщила я водителю, занырнув под носилки.

Развязав мешок, быстро нашла нужную шину, а остальные затолкала назад, под носилки, чтобы не мешались под ногами.

- Что там? – поинтересовался Санька.

- Пока чистенький, - ответила я. – Но целлофан подстели на пожарный случай.

- Вот черт, - тихо выругался водитель и, поставив носилки на асфальт, полез в ящик, отыскивая свой НЗ.

- Машина стояла и ждала  зеленого, только от светофора отъехала, как ей наперерез этот выскочил. И под колеса, как будто и не видел её, - рассказывал какой-то старичок.

Вот так, навскидку, я бы сказала, что это отставник. И не спрашивайте почему. Возможно выправка, сохранившаяся до преклонных лет, возможно рубашка, застегнутая под воротник, а возможно четкое изложение фактов. Я не могу объяснить, почему мне так показалось.

Когда я вернулась, доктор уже отер кровь с лица мужчины и обрабатывал рассеченную бровь, из которой обильно текла кровь.

- Где Рома? – бормотал наш пациент и вдруг схватил доктора за руку. – Где Рома? – внезапно заорал он.

- В Караганде твой Рома, - сообщила я. – Руки от врача убери!

- Малыш, - покачал головой врач, отцепляя руку мужчины от себя.

- Нет, вы посмотрите, они его даже слушать не хотят! – голосила все та же визгливая тетка в толпе. – И не так все это было! Парень по тротуару шел, а машина на него наехала.

- На тротуаре наехала? – уточнил гаишник, глядя на проезжую часть, где лежал наш пациент, и стояла машина, сбившая его.

- На тротуаре! – настаивала визгливая тетка. – Он прям за парнем так и гнался!

Её не смущало, что и виновник торжества, и его жертва находились на второй полосе движения. Знаю я таких свидетельниц. Будет стоять на своей версии, даже если ей показать запись происшествия. Её не переубедить.

- Где Рома? Где машина? – пациент смотрел на меня невидящими глазами. – Рома должен был ждать!

- Вы уверены? – с сомнением переспросил гаишник.

- Не дождался, уехал, - хмыкнула я, придавая шине требуемую форму. – Нас вот прислал.

- Ещё бы не уверена! – пилой «Дружба» взвизгивала тетка. – Своими глазами видела! И зрение у меня хорошее, - добавила она.

- А Рома где? – снова спросил пострадавший. – Почему его нет?

- Вот и неправда, парень сам под колеса выскочил, - настаивал «отставник». – Я видел, он бежал как слепой.

Странно, мне показалось, что наш пациент без сознания, а, поди ж ты, реагирует на внешние раздражители.

- Волки его съели, - сообщила я, накладывая шину. – Тряпичные такие.

- Да что ты видел, старый пень? – презрительно провизжала «Дружба». – Дальтоник старый!

- Спалился? – забеспокоился пациент и попытался встать. – Где Рома?

Доктору пришлось удерживать его, чтобы тот сам себе не навредил.

- Извините, я не дальтоник, - вежливо ответил «отставник». – И не старый пень. Я вас, кажется, не оскорблял.

- Ага, сгорел, синим пламенем, - успокоила я пациента. – Кто такой Рома, и где он тебя ждал?

- Ещё бы ты попробовал! – особенно вредно взвизгнула «Дружба».

Возможно, именно этот отвратительный звук заставлял нашего пациента балансировать на грани сознания.

- Я тебе оскорблю! – визжала пила, она даже замахнулась своей сумкой в которой свободно уместился бы упитанный поросенок средних размеров. – Я тебе так оскорблю, сморчок!

У меня даже зубы заныли от этого звука, да и доктор мой поморщился.

- Лежите спокойно, - попросил доктор Витя. – Малыш, заканчивай допрос. Видишь же… - кивнул он на нашего пациента.

- Прекратите! Иначе штраф выпишу за хулиганство в общественном месте, – возмутился гаишник. – Так вы утверждаете, что машина сбила пешехода на тротуаре? А как он оказался на проезжей части? – обратился он к «Дружбе».

- Ты кто? – удивленно уставился на врача пациент, внезапно открыв глаза. – Мне нужно срочно позвонить. У тебя мобильный есть?

- Только правительственная связь, - хмыкнула я.

- Он его тащил, а бедняга так под колесами переломался, просто страшно! – визжала пила. – А этот убийца пытался уехать…

И молодой гаишник принялся оглядываться по сторонам, пытаясь представить себе все эти ужасы. Кажется, тетка успела пропилить ему мозги, и он уже не доверял своим глазам.

- Чего? - уставился на меня пациент.

- Ну и фантазии, - хмыкнул отставник. – Лучше бы сказала, что парня танк переехал и протащил его треками пару километров. Никто никого не таскал. И сбили парня только потому, что он перед машиной выскочил.

Это отставник мне нравился все больше. Сбить его с мысли не смогла даже «Дружба».

- Ты пошарь в мозгах, не спишь ли, - продолжала я грузить пациента.

- Чё? – задумчиво переспросил он.

Речь его становилась все более невнятной, и он тянул гласные.

- Подумай сам, откуда у нас мобильный телефон? Ты лучше скажи, кто такой Рома?

- Помолчите. Оба, – попросил гаишник и принялся осматривать газон, отделяющий проезжую часть от тротуара.

Как и следовало ожидать, газон был неповрежденным, без признаков волочения и следов машин.

- Так что, нету что ли? – попытался сообразить мужчина.

- Ты смотри, какой догадливый, - усмехнулась я. – Вот если подаришь, будет и у нас.

- Подаришь, - повторил он за мной и вдруг закатил глаза.

- Нормально. Пациент загружен, - сообщила я врачу. – Жаль, что про Рому ничего не успел сказать.

- Зря ты так, - сообщил врач, подсвечивая фонариком в глаза лежащего мужчины. – Очень уж он мне не нравится.

- Ой! Да парень-то у них того! Преставился! – визжала пила. – Ой, люди добрые! Вы смотрите! Это же убийцы в белых халатах!

- Повезли быстрей, - посоветовала я, вытаскивая из ящика пакет «Холода».

- Где помер? Кто помер? А что случилось? – со всех сторон послышались голоса.

Ударив пакетом по колену, я поморщилась и положила пакет на голову мужчины, лежащего без сознания.

- Доктор, - подошел к нам гаишник. – Он что, умер? – шепотом спросил он.

- Типун тебе на язык и чирей на задницу, - пожелала я.

- Живой, - успокоил гаишника доктор Витя. – Что случилось?

- А не могли его на тротуаре сбить и потом сюда притащить? – неуверенно спросил гаишник.

Видимо пила его все же достала своим визгом.

- Только на руках, - усмехнулся мой доктор.

- Ты на дорогу посмотри, - посоветовала я. – Там тормозной путь хорошо виден. Водила покрышки не щадил. А на тетку плюй, ничего она не видела, а вот отставник, возможно, свидетель.

Гаишник только кивнул и вытер испарину со лба, сняв фражку.

- А куда вы его? – спросил гаишник, помогая перекладывать сбитого парня на носилки. – Нужно будет его опросить…

- В четверку, - сообщил врач. – Вот только допрос пока не получится, сотрясение у него сильное.

- Ага, - согласно кивнул гаишник и снова отошел к свидетелям происшествия.

 


Tags: Сказки о скорой
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 98 comments